В восхождении и спуске только девушки. Финал

2 часа ночи. Пикает будильник на моем мобильном.

«Доброй ночи, девочки!» - говорю я, вылезая из спальника.

«Доброе» – отзываются Ксюша и Аня. Мы на высоте 4300 метров в одной из хижин чуть выше Приюта 11. Рюкзаки собраны еще с вечера. В моем - пуховка, запасные варежки, обвязка, ледоруб, крем, очки, маска. Еще термос и доска. Куча вещей.

Холодно. Надо поскорее одеть на себя термобелье, флиску и куртку. Я, конечно, не выспалась. Но все это не важно. Чувствую себя в полной боевой готовности.

Спать мы вчера легли в 9 вечера. Не знаю, как девчонкам, но у меня спать не очень получалось. Сердце билось и стучало. То ли от волнения, то ли от нехватки воздуха. Поэтому я лежала на жестких деревянных нарах и настраивала себя: ничего сложного нет, главное, не торопиться, будь готова на 8-10-12 часов преодоления себя. Это совсем немного времени, зато потом ты сможешь позвонить мужу, маме и папе и сказать: я взошла на Эльбрус. Зато потом ты сможешь устроить праздничный ужин, поесть мороженого и выпить вина. Все это будет через 12 часов, а сейчас...

Идем завтракать. Кроме нас, здесь в хижинах еще две группы иностранцев. Поварихи сосредоточены на том, чтобы их накормить. Мы явно лишние. Поэтому быстро съедаем свои хлебцы с сыром, пару печений, берем термосы и перекус. Все - время: через 20 минут ратрак. Вчера мы решили все-таки доехать, а не дойти до начала Скал Пастуховых. Таким образом, мы сьэкономим два часа подъема и увеличим шансы на успешное восхождение.

Прицепляю кошки к сноубордическим ботинкам. Ксюша вчера провела со мной занятия: как ходить в кошках и как в случае, если упаду, тормозить ледорубом. Льда, скорее всего, не будет, погода отличная, но лучше перестраховаться, чем не…

Залезаем в ратрак. Едем. Слава богу, не очень морозно. Холода я боялась больше всего. Как же красиво вокруг. Звездная ночь, полнолуние. Идущие ниже нас с фонариками похожи на светлячков. «И наконец-то вышло созвездие Petzl, - говорит Ксюша, глядя на них.

Я прошу прощения у Эльбруса за то, что мы ездим по нему на ратраках. Устраиваем здесь пробки. Провоцируем глобальное потепление. Простите меня, пожта, горы. Если у меня будет следующий раз, то я отправлюсь сюда с самого низа - пешком и с палаткой.

Высаживаемся. Одеваю рюкзаки, настраиваю по размеру темляки на телескопических палках Kamp, идем. Ксюша – впереди. Аня в лыжных ботинках и с лыжами – замыкающей. Почему-то мои руки в перчатках не согреваются от ходьбы, как я думала, и пальцы, чего я больше всего и боялась, немеют. Кроме того, я замечаю, что сползла кошка на правом ботинке. Аня отдает мне свои варежки, себе берет перчатки, но и в ее варежках руки продолжают неметь.

«А как у тебя рюкзак застегнут – спрашивает Аня, - наверно, перетянуты плечевые лямки». Мы останавливаемся, и она поправляет мне рюкзак. Еще Аня растирает мне озябшие руки и правильно застегивает кошки.

Мы снова идем вверх. Вот теперь все великолепно! Когда все отлажено, идти - одно удовольствие. Следуя совету Ксюши, я не смотрю вверх, но гляжу направо, налево назад. Разгорается рассвет.

Ксюша достает фотоаппарат из чехла, висящего у нее на груди (и это, кроме рюкзака). И начинает нас фотографировать. Руки у нее, наверняка, мерзнут. Кроме того, ей приходится нарушать темп, который так важен в восхождении, и то обгонять нас, то отставать. Но для нее это не первый раз – одно время Ксюша работала фотографом на восхождениях.

Самый сложная и тяжелая часть восхождения – затяжной, крутой участок после скал Пастухова. Иногда здесь бывает лед, и это очень страшно. Но нам очень повезло сегодня с погодой – и снег мягкий. Ксюша настаивает на том, чтобы мы остановились и попили чаю. Потому что пить нужно обязательно и раньше, чем захочешь пить: чтобы не сгустилась кровь, и не стало плохо. Аня против остановки. Она говорит, что ненавидит останавливаться и отдыхать, потому что потом очень сложно вновь втянуться в ритм-транс: шаг-вдох, выдох, подъем, шаг-вдох-выдох-подъем, шаг-вдох-выдох-подъем.